(+375 17) 288-60-93 (факс)
220123, г. Минск, ул. В. Хоружей, 13/61
smp@arcp.by

Все или ничего — философия лидера Михаила Виноградова

Указом Президента № 462 от 26 ноября 2018 г. за многолетнюю плодотворную работу и значительный личный вклад в развитие архитектуры и градостроительства Михаилу ВИНОГРАДОВУ присвоено почетное звание «Заслуженный архитектор Республики Беларусь».

Главное здание железнодорожного вокзала, Национальная библиотека Беларуси, историко-археологический комплекс «Древнее Берестье», кинотеатр «Москва», пивзавод в поселке Большое Стиклево, здание «Белгазпромбанка» - в портфеле архитектора Виноградова почти две сотни самых разных проектов. Дважды лауреат Государственной премии, лауреат многочисленных республиканских и международных конкурсов, обладатель множества медалей и дипломов в канун 75-летия был удостоен звания «Заслуженный архитектор Республики Беларусь».    

Редакция «РСГ» поздравила мастера с этим знаменательным событием, а он в ответ пригласил нас в гости. Говорили о профессии, архитектуре, жизненных принципах и, конечно, о любимых объектах и людях.

Кем быть — спроси у города

«Мечтал стать военным летчиком-истребителем, — улыбается Михаил Климентьевич в свои фирменные усы. — Вместе с двумя однокашниками поступал в Качинское летное училище, но не прошел по здоровью. Был расстроен этим ужасно, не знал что делать, чем заниматься дальше».

Ответ на этот вопрос нашелся только через два года. Сам город, Минск, подсказал его.

«Сидя с товарищем в прекрасный солнечный день на площади Якуба Коласа, разглядывая окружающие здания, говорили о будущем, — вспоминает собеседник. — Очень красивая была картинка, интересное освещение, и как-то вдруг всё сложилось в голове: вспомнилось, что умею неплохо рисовать, что мне это нравится и что когда-то думал о профессии архитектора. Решение явилось само собой — строительный факультет БПИ, архитектурное отделение».

Возможно, с того самого момента и навсегда свет, воздух, динамика большого города, природные вибрации стали для архитектора Михаила Виноградова главными вдохновляющими началами. Ими наполнены все его работы, будь то общественные здания, офисы или производственные корпуса. Стекло, металл, светлый камень, зеркальные и полированные поверхности, в которых отражается окружающая жизнь, динамичные линии, естественный свет в интерьерах — излюбленные инструменты, создающие неповторимый почерк мастера.

Пять студенческих лет пролетели незаметно. На старших курсах начал работать. Подрабатывая  в «Военпроекте» и «Белкооппроекте», успел понять, что не ошибся с профессией. Дело ладилось, нравилась творческая атмосфера, быстро входил в круг проектировщиков.

Восток — дело стоящее

На распределении взял направление в институт «ТашГИПРОГОР» в Ташкент. Понимал, что город нужно быстро восстановить после разрушительного землетрясения и там будет много интересной работы. Свою роль сыграло и то, что молодым специалистам обещали отдельную квартиру (к этому времени Михаил был уже человеком семейным: жена, сыну полгода), а в Минске с жильем были большие трудности.

Четыре года в столице Узбекистана стали, по словам архитектора, хорошей школой проектирования и не только.

«Очень здорово, что поехал туда, — загораются его глаза. — Объекты — любые на выбор. Двухуровневый гараж с вертолетной площадкой для КГБ УзССР, фасады экспериментального жилого дома для артистов ташкентских театров, комплекс ВДНХ Узбекской ССР, павильон хлопководства на ВДНХ УзССР — это лишь малая часть того, что мне, молодому архитектору, доверили проектировать. Нравилось ощущение свободы, что над тобой нет никого главного, указующего».

В Ташкенте Михаил Виноградов работал очень много и с увлечением, находил подработки — на одну зарплату с женой-студенткой и малышом трудно прожить. Примерно через год, минуя старшего архитектора, стал руководителем группы. Но и тогда продолжал жадно впитывать всё новое, учиться — благо было у кого.

«Восстанавливать разрушенный Ташкент съехались суперспециалисты из Москвы, Ленинграда, из сибирских городов. Уровень проектирования был высочайший. Я очень доволен, что оказался в этот момент там. Это был прекрасный старт», — заключил мастер.

Где родился — там и пригодился

Однако, когда основные восстановительные работы в Узбекистане подошли к финишу, пришло понимание — пора домой. В «Белгоспроекте» молодого, но уже опытного архитектора приняли с радостью. Быстро решился и квартирный вопрос.

«Самым первым объектом в Беларуси был жилой дом в Бобруйске, причем едва ли не единственный в моей отечественной практике, — с улыбкой вспоминает Михаил Климентьевич. — Жилые здания я почти не проектировал, мне это было неинтересно. Из-за строгих требований и ограничений создать что-то неординарное было практически невозможно. Сейчас другое дело — появилось много разных заказчиков, новые интересные проекты жилых домов».

Потом вместе с однокурсниками Виктором КРАМАРЕНКО и Владимиром ЩЕРБИНОЙ работал над павильоном музея «Древнее Берестье». Дальше по нарастающей — к новым и новым проектам.

Свое дело

В 1989 году у Михаила Виноградова появилась собственная творческая мастерская. В разное время здесь работали от восьми до двенадцати человек. Хотя проблем с загрузкой не было, это всегда был непростой бизнес. И такая ситуация, как отмечает собеседник, не только в Беларуси, в любой другой стране. Когда заказчики хотят все удешевить, это не может не отражаться на качестве, а в результате реализуется много проходных проектов. По словам архитектора, здание «Белгазпромбанка» на улице Притыцкого получилось неординарным только потому, что заказчик в основном принимал предложенные ему решения и не был чересчур рачительным.

«Трудно продвинуть что-нибудь стоящее (во всех смыслах этого слова), — сетует мастер. — Впрочем, так же как и в литературе, живописи, кино. Фильмы в последнее время почти не смотрю — неинтересно мне, избитые сюжеты, предсказуемые развязки, и самое худшее — бесконечный негатив. А ведь кажется, что реальная жизнь больше интересная, чем негативная! Ну а кино уж тем более должно быть жизнеутверждающим. Что радует? По-прежнему архитектура — яркая архитектура. Когда вижу по-настоящему красивое здание, как-то хорошо на душе становится».

А судьи кто?

Между тем, о качестве проектов Михаил Климентьевич говорит с философских позиций. «Архитектура, безусловно, должна быть разной, у каждого, кто всерьез занимается ей, должно быть свое видение и каждый имеет право его реализовать — это и есть развитие, прогресс. Некоторые мастера опережают свою эпоху, и их творения суждено по достоинству оценить только потомкам. По-моему, для архитектора время — лучший судья».

На критику в адрес собственных проектов архитектор Виноградов не обижается, справедливо полагая, что любому вольно иметь свое мнение, а еще лучше — взять да и построить что-то идеальное и получить исключительно хвалебные отзывы.

«Я всегда радуюсь, когда у кого-то проекты удаются, никогда не скрываю своего восхищения. Уверен: всё, что строится, должно быть красивым, и неважно кто создал эту красоту. Если я получаю объект, то начинаю прежде всего с функции. Никакие финтифлюшки нарисованные на фасаде, не спасут здание, если оно не функционально. Функция очень важна: людям в первую очередь необходим комфорт — должно быть светло и тепло, удобно работать, легко перемещаться. При этом желательно, чтобы фасады были интересными и внутри было на чем остановить глаз».

Функциональная красота

Функция и эстетика по Виноградову всегда существуют в гармонии. Всё, что правильно функционирует, всегда и выглядит красиво. Правда, соединить эти два начала порой бывает непросто.

«Если перед тобой маячит нерешенная задача, — делится архитектор, — ты заряжен, напряжен, и пока не найдешь ответ, она ни на минуту не выходит из головы. И только когда наконец рождается хороший образ или планировочное решение, наступает облегчение.

А бывало и так, что из-за сроков, например, не удается довести свою мысль до совершенства. Понимаешь, что стоило бы еще поработать, покрутить проект, погонять туда-сюда, но заказчик торопит, требует «рабочку», и приходится остановиться. В результате остается неудовлетворенность, этого я всегда старался избегать.

Вот библиотекой я доволен! Наверное, мало каким еще объектом я так доволен. Идея библиотеки родилась во время отпуска на море. Мысли, мысли не отпускали ни на минуту, пока, наконец, не нашлось решение. Интересно, что за десять лет от первого конкурсного проекта до начала его реализации главная идея осталась практически неизменной. Были изучены десятки проектов библиотек по всему тогда еще Советскому Союзу, множество зарубежных примеров — таких компактных, таких технологичных не видел».

Ответ на вопрос о мировых архитектурных шедеврах оказался неожиданным. Мастер поделился впечатлениями от торгового центра Mall of America. Это грандиозное сооружение, способное вместить в себя семь стадионов, с колесом обозрения и аттракционами внутри. О количестве кафе, ресторанов, кинотеатров, развлекательных зон и сотнях магазинов и говорить не приходится.

«Как правильно организовать работу этой махины, даже просто обеспечить свободный подъезд и парковку тысяч и тысяч автомобилей (центр ежегодно привлекает более 40 млн посетителей, в том числе 16 млн иностранных туристов) — там все вопросы решены на очень высоком уровне. Я уже не говорю про архитектуру и дизайн. Такие проекты нравятся и мотивируют».

Учить и учиться

В свое время Михаил Климентьевич успел поработать преподавателем. По собственному признанию, он пытался научить своих студентов видеть любую проблему объемно, вникать в тонкости строительных технологий, инженерного устройства зданий, но не зацикливаться на мелочах.

«Мне нравилось заниматься с молодежью, видеть, что твои усилия приносят плоды, — с воодушевлением рассказывает собеседник. — Вместе с этим приходило понимание, что количество проведенных с ними часов переходит в качество. Когда у твоих подопечных вдруг появляется новое видение, сам приобретаешь что-то, становишься терпеливее, терпимее к людям.

Конечно, не все, кто изучает архитектуру, станут знаменитыми. Как в любой творческой профессии, здесь, безусловно, важны природные данные, то, что называют талантом. Но еще важнее — работоспособность, желание работать, стремление к совершенству, умение двигаться к своей цели, невзирая ни на какие трудности».

Принципы больше, чем жизнь

Михаил Виноградов очень строг и требователен, в первую очередь к себе.

«В молодости, — признается, — писал картины, но потом понял, что они бездарны, и перестал это делать. Осознал, что замечательным художником не стану, а раз так, то не нужно и браться за это».

Всё или ничего, считает Михаил Климентьевич. И следует этому своему принципу не только в работе и творчестве, но и в личной жизни.

Если дружить, то беззаветно. Если жениться, то исключительно на первой в институте красавице, быстро отвадив всех потенциальных кавалеров. Если строить семью, то раз и навсегда: с женой Валентиной Степановной они вместе уже 52 года. И хотя мастер не сказал о ней каких-то особых, красивых слов, но вспоминал (обычно в шутливом тоне) всякий раз, когда речь заходила о самых важных для него моментах. Но и без слов понятно, что она — его всё, а еще сын — надежный помощник и соавтор многих проектов, внучка, выбравшая профессию дизайнера, вся семья.

«Самое важное, — считает Михаил Климентьевич, — быть исключительно честным даже в мелочах, быть честным по отношению к людям, к своей работе и, конечно, быть честным с самим собой».

Следовать таким жестким принципам каждый день очень непросто, но мастер всегда был уверен в их правильности и продолжал идти своим путем. Может быть, поэтому в последнее время здоровье подводит…

Мы желаем заслуженному архитектору Михаилу Виноградову твердости духа, новых архитектурных открытий и долгих радостных лет в кругу любимых людей!

Людмила БУРАЯ, фото из архива

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий